Зеркало, которое привезли и не забрали

Анна вернулась домой поздно вечером и сразу поняла, что что-то не так.

В маленькой прихожей стояло огромное зеркало. Оно занимало почти всю стену — высокое, в тяжёлой деревянной раме цвета старого золота. Анна никогда его раньше не видела.

Она подумала, что, может быть, она просто очень устала. Но нет — зеркало было настоящим.

Кто открыл дверь? И зачем?

Анна позвонила соседу Диме, который жил напротив.

— Дима, ты ничего не видел сегодня? Около моей двери?

— Видел, — ответил он спокойно. — Двое мужчин принесли что-то большое. Я думал, ты купила что-то новое.

Потом она вернулась и снова посмотрела на обратную сторону. Под наклейкой с адресом квартиры 15 было что-то ещё. Анна осторожно отклеила её.

Под ней оказалась другая, более старая наклейка. На ней было написано только имя: «П. Андреев».

П. Андреев. Пётр Андреев. Это имя Анна знала хорошо. Именно так звали её арендодателя.

Сердце у неё слегка сжалось. Она позвонила Петру.

— Пётр Игоревич, — начала она осторожно, — вчера вечером мне в квартиру доставили зеркало. Я думаю, оно ваше.

Снова молчание. Потом тихий голос: — Оно уже там? — Да. — Я нашёл его случайно в одном антикварном магазине на прошлой неделе. Попросил доставить. Управляющий, видимо, ошибся с квартирой.

— Понятно. Вы хотите, чтобы я его отдала? Долгая пауза. — Нет, — сказал Пётр наконец, и в его голосе была какая-то тяжесть, которую Анна не ожидала услышать. — Пусть пока стоит у вас. Это было зеркало моей матери. Она умерла три года назад. Я ещё не готов.

Анна посмотрела на своё отражение в старинном зеркале. Она поняла. Некоторые вещи слишком тяжело возвращать — не потому что они потеряны, а потому что они слишком хорошо помнят. — Хорошо, — сказала она тихо. — Пусть стоит.

Потом она вернулась и снова посмотрела на обратную сторону. Под наклейкой с адресом квартиры 15 было что-то ещё. Анна осторожно отклеила её.

Под ней оказалась другая, более старая наклейка. На ней было написано только имя: «П. Андреев».

П. Андреев. Пётр Андреев. Это имя Анна знала хорошо. Именно так звали её арендодателя.

Сердце у неё слегка сжалось. Она позвонила Петру.

— Пётр Игоревич, — начала она осторожно, — вчера вечером мне в квартиру доставили зеркало. Я думаю, оно ваше.

Снова молчание. Потом тихий голос: — Оно уже там? — Да. — Я нашёл его случайно в одном антикварном магазине на прошлой неделе. Попросил доставить. Управляющий, видимо, ошибся с квартирой.

— Понятно. Вы хотите, чтобы я его отдала? Долгая пауза. — Нет, — сказал Пётр наконец, и в его голосе была какая-то тяжесть, которую Анна не ожидала услышать. — Пусть пока стоит у вас. Это было зеркало моей матери. Она умерла три года назад. Я ещё не готов.

Анна посмотрела на своё отражение в старинном зеркале. Она поняла. Некоторые вещи слишком тяжело возвращать — не потому что они потеряны, а потому что они слишком хорошо помнят. — Хорошо, — сказала она тихо. — Пусть стоит.